В Лондоне завершается публичная часть расследования дела об отравлении Дон Стерджесс. С заключительными заявлениями выступили представители всех юридических команд, принимавших участие в слушаниях.
Стерджес погибла от отравления нервно-паралитическим веществом, найденным ею во флаконе от духов, в марте 2018 года. Стерджесс брызнула на себя веществом из флакона, думая, что это духи. Она погибла через несколько месяцев после того, как в Солсбери «Новичком» были отравлены бывший российский разведчик Сергей Скрипаль и его дочь Юлия.
Общественные слушания по делу Стерджесс продолжаются третий месяц, о некоторых его аспектах мы подробно писали ранее.
В понедельник стороны в основном фокусировались на угрозе, которую «Новичок» представлял для британских граждан, и на недостатках в действиях правительства и правоохранительных органов.
О том, какой риск представлял собой флакон с ядом, по-видимому, просто выброшенный российскими агентами на одной из улиц в Солсбери, говорит то, что в общей сложности 87 человек обратились за неотложной медицинской помощью в результате воздействия «Новичка», сказал на слушаниях адвокат Адам Стро.
Джесси Николлс, член юридической команды семьи Дон Стерджесс, заявил, что хотя некоторые аспекты реакции органов здравоохранения можно считать похвальными, они, тем не менее, не сумели донести до широкой публики сведения о том, что к подозрительным емкостям ни в коем случае не надо прикасаться.
По словам Николлса, полиция графства Уилтшир, где расположен город Солсбери, была «крайне неадекватна», действовала «высокомерно, стереотипно и непрофессионально», из-за промахов полицейских «другие сотрудники службы быстрого реагирования и общественность подвергались серьезному риску».
По словам Николлса, в самом начале расследования полиция поделилась с ним своими опасениями по поводу выброшенного контейнера с нервно-паралитическим веществом: «Служба общественного здравоохранения была проинформирована о том, что остатки материалов, выброшенных преступниками, могут быть обнаружены и причинить вред тем, кто их найдет, — сказал он. — Это было признано потенциальным риском».
По его мнению, власти недостаточно подготовились к возможному «вторичному инциденту» — то есть к тому, что после Скрипалей, которым, как утверждается, и предназначался «Новичок», им могут отравиться другие люди.
Дон Стерджесс была не единственной пострадавшей: сержант полиции Ник Бейли первым вошел в дом Скрипалей после того, как их обнаружили с симптомами отравления, и получил дозу яда, прикоснувшись к дверной ручке. Он попал в больницу, а впоследствии, как сам Бейли рассказал в интервью Би-би-си, его семья потеряла дом и практически все имущество из-за загрязнения ядом.
В ходе расследования также выяснилось, что после контакта с Сергеем Скрипалем в день отравления плохо почувствовал себя мальчик, которому тот дал несколько кусков хлеба на корм уткам в парке. В рамках расследования удалось обнаружить еще двух детей, которым после общения со Скрипалем на улице потом стало плохо.
Адвокат Майкл Мэнсфилд заявил, что первая обязанность правительства — это безопасность своих граждан, и с этим в случае с Дон Стерджесс оно не справилось. «Правительство Великобритании совершенно не смогло защитить население страны», — сказал он.
Мэнсфилд отметил, что нет никаких доказательств того, что были приняты какие-либо меры предосторожности для защиты семьи Скрипалей. «Оценка риска была не просто просчетом, а полным провалом», — сказал он, напомнив, что в доме Скрипалей не было никаких мер безопасности, и они даже не жили в охраняемом помещении — а значит, проникнуть в их дом было проще простого.
Мэнсфилд считает, что Скрипалей должны были предупредить о риске для их безопасности.
Адвокат Лиза Джованнетти, представляющая британское контртеррористическое ведомство, проводившее свое расследование инцидента в Солсбери, подтвердила, что по его результатам было доказано, что ответственность за яд на дверной ручке дома Скрипалей несут российские агенты Александр Петров, Руслан Боширов и Сергей Федотов (впоследствии журналисты выяснили, что их настоящие имена — Анатолий Чепига, Александр Мишкин и Денис Сергеев).
Подводя итоги расследования, она сказала: «Мы утверждаем, что следствие может правильно установить, что российское государство не только совершило нападение на Сергея и Юлию Скрипаль, но и несет ответственность за смерть Дон Стерджесс».
Адам Стро также заявил, что нападение на Скрипалей не могло быть осуществлено без санкции президента России Владимира Путина, и напомнил, что Путин делал замечания, указывавшие на намерение причинить вред Скрипалю. Он назвал Скрипаля «предателем», а вскоре после обмена шпионами в 2010 году сказал: «Что касается предателей, то они сдохнут сами».
